Underworld: The Chronicles

Объявление

  • .
  • .
  • .

2045-й год. Лос-Анджелес.

Новый Свет – по-прежнему центр мира и оплот всего прогрессивного человечества. Да и не только его… Бок о бок с людьми обитают сверхъестественные существа всех мастей и калибров.
Да и сами люди давно перестали быть обычными – они наконец научились использовать ментальные возможности своего разума по максимуму, обладая врожденными парапсихологическими талантами.

Научный и технический прогресс не мешают развитию магических и религиозных учений.

Но сохранявшееся более века перемирие между самыми сильными и многочисленными расами стало лишь номинальным…

На данный момент дела обстоят так:..

СЛЕДИТЕ ЗА СЮЖЕТОМ
20-30 сентября 2045 года

ПЕРЕЗАГРУЗКА!!!
Форум объявляется открытым!
Обновлен дизайн, сюжет, квесты и вакансии! Мы ждем новых игроков!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Underworld: The Chronicles » Флэшбеки » Подвал Резиденции веркотов


Подвал Резиденции веркотов

Сообщений 31 страница 58 из 58

1

Территория 18+

https://pp.vk.me/c616124/v616124248/1e20c/R00Xgh9yZeA.jpg
https://pp.vk.me/c616124/v616124248/1e23e/VzOrQI7HgWk.jpg

Отредактировано Диандрий Падма Нилам (19 июля 14:57:09)

0

31

Как ищейки, сорванные с поводка, так и его люди уже занялись поисками названной личности. Диандрий буквально слышал и сам то как взрывается рев двигателя на машине и стучат по клавишам его собственные ищейки. В этот раз будет проще, так как нити были на  всю команду, но Галахад был отобран по фотографии, так как именно его видели и его запомнили. А взять его руководителя будет проще некуда.
- Только ты не на моем месте, -отвечая на замечание собеседника о его словах. Они были резонны и это и еще на одну ступеньку ставили выше в собственных глазах Падмы, этого валийца. Но он знал что говорил.- И мне кажется, это более чем говорит о многом. Но, к сожалению, мы встретились при этих обстоятельствах и возможна такова судьба,  с ней ничего не попишешь. Или как там принято говорить у вас, верующих людей? Пути Господни – неисповедимы? Типа того.
Он уже одевал свой белый пиджак, неспешными и элегантными движениями. Толи намеренно, толи живя так по жизни. Оправив рукава, оборотень совершенно неожиданным и резким движением, с полразворота очертил полуокружность ногой, ударяя ею по О'Рейли. Ботинок пришелся четко по виску, а Падма уже  в следующее мгновение стоял как ни в чем небывало.
- В любом случаи наш диалог не заканчивается на этом, думаю ты и так это понимаешь. Слишком уж мне нравится наша беседа. Жаль, конечно, будет ее прерывать на то, чтоб к ней присоединились, но тот кто присоединится, будет общаться в ключе общего контекста диалога. А там еще много аспектов и моментов по которым мне бы хотелось пройтись и обсудить, -и с этими словами он направился в сторону двери. У него были еще дела, которые оборотень решил сделать, пока с ним не свяжутся о том, что нужного человека нашли. Это произойдет довольно скоро, он не сомневался, но жизнь не стоит на месте, как и клан. Так что этот мальчик подождет немного, а там – продолжат.
В голове у Нилама уже выстраивалась лесенка предстоящего диалога. Осталось только дождаться.

+1

32

Пути Господни неисповедимы. Вот уж действительно. Очень уж теперь хотелось понять, какой урок следовало бы вынести из сложившейся ситуации. И был ли он в ней. И какой должен быть результат у всего этого происшествия.
Колокольным звоном взорвалась голова от крепкого удара в висок, мотнулась так, что даже в шее что-то жалобно хрустнуло, добавив в ощущения муравьями пробежавшую по спине судорогу.
Галахад как-то даже удивился крепости собственной головы - удар в висок был не хилым, кость вполне могла оказаться проломленной, но что-то словно продолжало хранить его от такой быстрой и достаточно лёгкой смерти. Доставляло всё больше боли в с размаху впечатанном ударом в стену теле, но всё же непостижимым образом хранило.  И это что-то начинало основательно бесить. Так, что боль плавно, неторопливо начала отступать куда-то на периферию, уступая место жгучему яду ярости, медленно, но неотвратимо разливающемуся по венам.
В какие-то доли секунд всё его тело несколько раз бросило из жара в холод и обратно, в очередной раз разогнав по всем мышцам крупную дрожь, сдерживать которую не было никаких сил. За спиной Падмы давно закрылась дверь, а Галахад, зная об этом, парадоксально всё ещё продолжал чувствовать его присутствие рядом, словно ожидая очередного удара.
Пальцы стягивало жаром, раскалёнными свинцовыми браслетами обхватывающим запястья, до побелевших костяшек сжимались кулаки. Всё тот же жар, вслед за холодом волнами разливающийся по телу, сдавливал горло, словно кипятком обдавал скулы, раскалённой лавой поднимаясь из центра грудины сдавливал лёгкие, выдавливая из самого солнечного сплетения совершенно внезапный, полный чистой и незамутнённой ярости рык.
Цепь с лязгающим звоном впечаталась в стену вслед за кулаком - раз, другой, - словно совершенно не чувствуя боли Галахад изо всех сил колотил кулаками в стену, продолжая практически на едином выдохе криком во всю силу лёгких выпускать потоком вырывающуюся изнутри его всю накопившуюся ярость, страх и боль.
- Так нельзя.. нельзя так, Господи, нельзя, - разбив в кровь руки и медленно сползая вниз по изрядно испачканной этой самой кровью стене, онемевшими губами прошептал сам себе Галахад, чувствуя как саднит сорванное криком горло, как место так же быстро потухшего как и вспыхнувшего за грудиной пожара медленно заполняет бесцветная и холодная пустота безразличия ко всему, что только ещё может произойти.

+2

33

День четвертый
С самого утра день не задался, так как разбудили ни свет ни заря звонком с срочным донесением. Пришлось в срочном порядке собираться и ехать расхлебывать, то к чему привели действия подопечных. Им достанется уже через несколько часов, но на тот момент нужно было все более чем утрясти и потянуть за нужные нити. Падма нацепил самый харизматический вид на весь период происходящего, но потом.. Потом он дал и волю и урок, максимально доступно все разъясняя. Его никто не будет обманывать и подставлять даже под тень удара репутацию.
И в тот момент, когда отрезанные фаланги пальцев уж прекращали кровоточить, а горничные прибрали его кабинет, оборотню доложили, что его поручение выполнили. Не нужно было лишних слов, чтобы Диандрий с  ходу понял, о чем идет речь. Так называемый Араб был найден. И не просто выслежен, вычислен и перехвачен, а - скручен и доставлен.
- Во ссадите его на трон и отнесите в подвал. Пусть крыски обнюхают друг друга, -бросая лед в бокал и плеснув туда темного рому, он устало вернулся в кресло, массируя переносицу. Но уже через некоторое время, Нилам шел по коридорам в сторону лестничного пролета подвала и довольно скоро спускался по нему. Дверь была закрыта. Лишь у некоторых был доступ к этому месту, но входить позволялось лишь с его разрешение. Да и желающих полюбоваться свисающими крюками и уловить остатки запахов (оборотням) смеси пота, крови и спермы, было мало.
Щелкнувшие створки замка не громко разнеслись по помещению звуком в тишине, а дверь уже отворялась, и появился Падма. Прикрыв дверь, он с совершенно спокойным и отрешенным видом оглянул всех присутствующих. Помятый, с разливающимися по всему оголенному торсу синяками (оттенки цветов от оливкового до насыщенно-фиолетового), несколькими кровоподтёками из ран и с красочно разодранной плетью спиной Галахад. И довольно крепкий стул с подлокотниками, на который посадили Араба. Привязанный руками (локти и кисти) и ногами (колени и ступни) к стулу он был зафиксирован и поставлен лицом к стене к которой был пристегнут  валиец.
- Ну что ж, раз все в сборе на нашей увлекательной беседе, то я могу начинать, -совершенно спокойным тоном начал Падма, переводя взгляд с одного на другого. Но затем переключившись на Араба.- Мы с вами почти не знакомы, в отличии от вашего спутника и теперь моего нового знакомого. Наша беседа была довольно продолжительной, за которую мы успели порядочно познакомиться. А вот о вас.. я даже имени не знаю. Но проблема в том, что мне оно даже не интересно. А мое имя, я думаю вы и так знаете. Потому, думаю, будет довольно уместно отставить большую часть знакомство и начало беседы. Да и.. Честно говоря, смотря в глаза, что-то мне подсказывает, что вы и так понимаете, о чем будет беседа.
С этими словами Диандрий подошел совсем близко к Арабу, обходя и огибая его, оказываясь уже с другой сторону. Кружа вокруг него словно акула в океане, возле пловца.
- К сожалению, мой характер таков, что я  очень не люблю, когда что-то приходится делать долго. Люблю, когда дела занимают отведенное им время. А мое время дорого, не так ли, Галахад? Так что скажите.. –нависая над Арабом.- Кто вас нанял, чтобы убить меня?
И с этими словами его рука пробежалась по правой руке мужчины. От предплечья к запястью, а оттуда к кисти руки и резко берясь за указательный и средний палец. Вздергивая их вверх и запрокидывая почти до предела. Почти до неправильного угла для пальцев. В тишине помещения раздался хруст ломающихся пальцев почти с оглушительной громкостью. Сегодня определенно был не день этих частей тела для Падмы.

Отредактировано Диандрий Падма Нилам (25 июля 13:10:51)

+2

34

...Двое погибших, остальные с ранениями разной степени тяжести - и то, только потому, что постарались разумно ретироваться. У противной стороны - лишь мелкие телесные повреждения... Не самая удачная операция за всю его жизнь. Впрочем, что уж тут говорить - все это дело с самого начала пошло не так.
Самым оптимальным развитием событий было бы сделать этот заказ последним в карьере - получить положенное вознаграждение, уехать в Европу и организовать себе достойную спокойную старость. Но, как говорится, не судьба. Объект "ушел", и нынче, жив-здоров, выражал ему свое недовольство случившимся лично. Такой расклад в планы не входил вообще.
Каким именно образом король Чайнатауна вышел на его группу, теперь не оставляло сомнений. Источник информации находился тут же - правда, кажется, не совсем в сознании.
- Кто вас нанял, чтобы убить меня?
Слова того, кого он не так уж давно держал на прицеле арбалета, мужчина проигнорировал. Так же, как и резкую боль от сломанных пальцев. Он лишь едва заметно дернулся - болевой порог, хоть и заниженный, благодаря многим годам военной подготовки и наркотикам, все-таки не был нулевым.
И люди, и нелюди - в своих реакциях и эмоциях все были довольно предсказуемы. Но жизненный опыт показывал, что какого бы размера ни была очередная крупная шишка, на нее всегда найдется своя пуля. Мало кто из них доживал до седых волос - и можно было сказать, что это поистине умные засранцы. Но в данный момент дело было не в уровне уважения бывшего охотника к бывшей жертве.
Просто гораздо больше его сейчас интересовал "коллега". Не было сомнений - Кимра качественно и со знанием дела пытали несколько дней. Ну, что ж - в целом претензий к нему не было. Что касается их професии, в кризисных ситуациях каждый в итоге остается сам за себя.
Издав легкий понимающий смешок и оставив тщетную попытку перехватить взгляд теперь уже, судя по всему, бывшего напарника, он, даже не глядя на ожидавшего ответа вертигра, как обычно ровным голосом сказал:
- Я не знаю имени посредника. В этом деле цепочка между реальным заказчиком и исполнителем может составлять десятки лиц. Сомневаюсь, что у вас хватит терпения добраться до самого первого звена. Тут проще действовать методом дедукции - кому и когда вы перешли дорогу, у кого могли быть мотивы. Осмелюсь предположить, вариантов будет немало, - мужчина равнодушно пожал плечами.

+2

35

Неожиданный эмоциональный всплеск словно опустошил, выпил все силы и вытянул нервы. Галахад снова провалился в какое-то полузабытьё, в котором даже дыхание будто замедлилось. Он не знал, сколько времени пройдёт до следующей "встречи" его с оборотнем - день, два или несколько часов. Былое достаточно чёткое ощущение времени пропало окончательно, теперь вообще было непонятно - что это такое, это самое время. Ему казалось, что стоит смежить веки, как всё пространство вокруг и внутри него самого заполнит почти физически ощущаемый водоворот этого, ставшего абсолютно неясным понятия.
Легче всего было представить самого себя плывущим на грани между сном и бессознательным состоянием - можно было закрыть глаза, не шевелиться и подумать, что ничего, кроме темноты, волнами колышущейся под веками и где-то в самой глубине головы, больше не существует.
Появление на уже почти обжитой территории нового персонажа этого импровизированного спектакля Галахад отметил лишь краем сознания - ему уже было достаточно комфортно в том состоянии, в которое он неосознанно погрузился. Нечто сродни медитации - разум был очищен полученной порцией боли практически до предела, в черепной коробке медленно разливалась звенящая пустота, а мышцы безвольно осевшего у стены тела были расслаблены. Ни на Араба, ни тем более в глаза его Галахад смотреть заставить себя не мог. Да и не хотел он смотреть в глаза по факту им самим преданного человека, какой бы ценой это предательство не было оплачено.
На оборотня Галахад так же практически не отреагировал, разве что глаза открыл, с трудом подняв отяжелевшие веки. Взгляд его - не мигающий, отрешённый и безразличный - теперь был направлен словно в самую глубину самого себя. Слова Нилама, обращённые и к Арабу, и к самому Галлу проходили словно сквозь него - по касательной, оседая в голове лишь общим смыслом высказанных фраз.
Разбавивший монолог оборотня хруст, больше похожий на звук ломающихся веток, отразился от стен очень удачно дополнившись ощущением провалившегося в самый желудок ледяного ежа - Галахад сжал зубы, сглатывая заполнившую рот кислую слюну. Выдержка же командира вызвала бы уважение, будь О'Рейли хотя бы немного в ином состоянии, сейчас же он почувствовал лишь очередную порцию презрения к самому себе. Отвращения от того, что попытка устроить всё "по справедливости" больше походила на глупое и самонадеянное детское геройство. На очень яркое проявление не жажды той самой справедливости, а элементарной гордыни, количество жертв которой стремительно росло.
Благими намерениями, как говорится...
Галахад теперь очень чётко ощущал, буквально на собственной шкуре, смысл этих немудрёных слов.

+2

36

Наркоман? Порог боли на таких гранях, с которыми он редко сталкивался? Мазохизм? Чтобы из этого ни было, даже если все месте, это лишь немного удивило оборотня, вызвав лишь раздражение. Отчасти и из-за того, что вот уже второй человек и наемник учит его жизни и рассказывает о тонкостях наемного дела. С другой стороны они не обязаны знать о том что он знает, а что нет. Но когда ты уже на пороге цели и копаешься с хрупким замком, пытаясь подобрать нужный ключ или хотя бы понять – где в вещах затерялся этот самый ключ, попутно обыскивая все окрестные коврики и потайные места для него.. Это очень раздражало. Учитывая сколько времени пришлось выжидать.
- Все это я прекрасно знаю, -сдерживая даже намеки на раздражение, спокойно ответил мужчина.- Я как раз разворачиваю клубок информации того кто за кем шел. Расскажи все что знаешь и назови все имена.
В руках мужчины, совершенно неожиданно и словно играючи появился серебристый нож-бабочка. Так же играючи, как появился, так же и «распахнувшийся, он заплясал меж длинных смуглых пальцев Падмы. Это не было угрозой или запугиванием. Глупо было бы даже предполагать, что такое может напугать сидящего перед ним мужчину. Это было скорее делом привычки и разминки пальцев.
- Из своей беседы с твоим другом Галахадом, я узнал одно имя. Твое имя. Теперь я хочу знать остальные имена, -с этими словами нож «спорхнул», резким росчерком направляясь в сторону Араба и резко впиваясь в его ногу, пробивая ее сквозь слои мышц. Вопросы задавались спокойно, дополняясь вначале сломанными пальцами, а теперь – пробитой ногой. Как обрамление, по принципу декоративных зонтиков в коктейлях.
Кровавое пятно начинало расти цветком из раны, и центром его была рукоятка ножа.

+2

37

Что ж, железным главарь охотников все-таки не был. Разорвавший ткани на ноге нож заставил его вспомнить другой плен и пытки много лет назад. По иронии судьбы, пытавшие его тогда тоже были смуглокожи...Правда, не столь импозантны, в военной форме вместо дорогого костюма, и все как один заросшие густыми бородами...Но проследить аналогию его подсознание могло без труда - и это только подливало масла в огонь.
Тогда его вытащили свои. В этот раз надеяться было больше не на кого.
От проткнутой ноги по телу пошли волны пульсирующей боли. Мужчина зарычал сквозь зубы. С каждой новой травмой будет теряться его мобильность...
Из-под полуседых бровей на вертигра был брошен весьма красноречивый взгляд. Не нужно было обладать телепатическим даром, чтобы понять его.
"Если я выберусь отсюда, я с удовольствием убью тебя. Бесплатно."
Король Чайнатауна должен был обладать достаточной прозорливостью, чтобы понять этот взгляд правильно, и предусмотрительностью - чтобы не допустить такой возможности. Араб был готов к обоим вариантам. Тем более, что никакой возможности выбраться ему пока в перспективе не виделось.
- Других имен ты не узнаешь, тварь. Разве что мой друг... - это было произнесено с некоторой долей недоброй иронии. - ...не сообщит тебе что-то еще.
Его снова скрутило судорогой боли - не то чтобы нестерпимой, но это был хороший повод, чтоб прикинуться недееспособным и немного подумать. Он обмяк на стуле и бессильно уронил голову.

+2

38

Сколько часов длился его своеобразный "отдых"? Хотелось бы знать... Тогда можно было бы предположить как скоро он закончится. И что будет дальше. Какое-то нездоровое любопытство просыпалось, алогичное желание знать, предчувствовать, что грозит им обоим и ему самому в частности. Одно Галахад знал точно, даже не пытаясь полагаться на интуицию или ещё какие предчувствия, обусловленные опытом, - ничего хорошего их не ждало.
Разговор, начавшийся с переломов, продолжался всё в том же ключе, разве что расцвечиваясь теперь ещё и кровавыми красками.
Им бы объединиться каким-то чудом, освободиться от цепей и верёвок, и вот тогда... Тогда появилась бы секундная надежда на то, что можно изменить свою судьбу. Но, и это Галахад так же отчётливо осознавал, их бы просто стёрли в порошок в буквальном смысле. Тут же. Он ведь уже пытался, будучи в лучшем состоянии, чем в данный момент. И ничего не удалось даже не смотря на то, что он никогда не жаловался на собственную силу или ловкость. Оборотней можно было взять лишь числом. И по одному. И будучи при этом вооружённым. Нет, конечно, в мировой практике случались прецеденты, когда охотник голыми руками валил медведя, но - следовало быть честным с самим собой - ни Галахад, ни сидящий напротив него Араб не были настолько впечатляющими личностями.
Единственное, что им оставалось - пытаться выжить любым способом.
Но от последних слов Араба сердце зашлось в бешеном ритме, словно норовя выпрыгнуть из горла - Галахад почувствовал, как леденеют кончики пальцев, как ледяная корка страха окутывает разбитые руки, как едва заметно начинает подрагивать нижняя губа. Командир оказался не промах - передвинул стрелы и отключился. Хотя, О'Рейли был парадоксально уверен почти на все сто, что всё это было представлением, рассчитанным на очень узкий круг зрителей.
"Хорошо, что есть Джейн, - совершенно внезапно подумал Галл. - Она позаботится об Эйри, когда меня убьют".
Слово "если" больше не было применимо к их ситуации, и это совершенно чётко осознавалось теперь.

+1

39

Когда ты довольно длительный период времени общаешься в каком-то кругу, то постепенно начинаешь привыкать к тому, какой контингент личностей тебя окружает. И даже появляется иллюзия, что все вокруг точно такие же. Хотя бы потому что такова удобная зона комфорта для подсознания, а с ним не особо что-то попишешь. Диандрия по львиной доле больше окружали оборотни, чем люди. Так уж исторически было сложено, да он и не против был. Но стоя сейчас напротив потерявшего сознания Араба, оборотень прокручивал одновременно две мысли – о том что он сказал и что сделал.
- До чего же вы люди бесите.. –не громко пробормотал он в слух. Без сомнения, не мало оборотней тоже не слишком спокойно среагируют на его действия. Но Падма и так довольно не мало сдерживался, чтобы не перестараться. При чем – с обоими своими собеседниками. Но то, что они от разу к разу начинали терять сознание – раздражало.
Резкий, как хлыст, посыл в сторону одного из подчиненных и пока он их исполняет, можно было обратить свой взгляд на Галахада.
- Я подозреваю, ты - понимаешь, что значат его слова. Я был добр и сдержан с тобой, но ничто не длиться вечно. Тем более – мое терпение.. -он оперся о одно из сооружений, совершенно спокойно, как и все совершаемое до этого, смотря на валийца.- Ничего не хочешь мне сказать на слова твоего друга?
..Раздался стук и оборотню пришлось отвлечься, чтобы открыть дверь и что-то взять, прикрывая вновь дверь. Блеснул свет на гладкой поверхности.. чайника, явно разогретого на плите – из носика струился дымок.
- И так.. На чем мы остановились? –поднимая чайник в руке над Арабом, оборотень наклонил его, давая потоку кипятка пролиться на плечи, грудь, шею и частично лицо того.- Я повторяю свой вопрос, если ты надумал поиграть в ваши игры молчунов-наемников. Назови все имена тех, ко причастен к заказу моей смерти, который вы провалили полгода назад, убив моего заместителя.

+1

40

Долго побыть наедине со своими мыслями ему не дали.
Глава одной из самых пугающих охотничьих группировок не по заслугам занимал бы свой пост почти десять лет, если бы не потратил выпавшие ему свободные мгновения на обдумывание вариантов выхода из сложившейся ситуации. Вариантов было мало, и каждый из них больше походил на чудесное стечение обстоятельств, но тем не менее...
Все, что ему было сейчас нужно - это немного времени без назойливого внимания их тюремщика. Ну, что ж, рано или поздно ему все равно придется остановить допрос - лишь бы только на тот момент оба пленника были при памяти и могли передвигаться...
Пообщавшись с шотландцем, вертигр снова переключился на старшего. Черт бы побрал этого шотландца...С самого начала было понятно, что с ним будут проблемы. Но отказываться от качественной боевой единицы из-за мелких идейных разногласий было бы глупо. Что ж. С последствиями своих же решений он всегда разбирался сам...

По лицу покатились струи кипятка. Мужчина зарычал, отряхиваясь и разбрызгивая вокруг капли быстро остывающей воды. Глаза удалось уберечь от ожога, ну а остальное лишь придало ему еще большей злобы.
Араб лишь оскалился обожженными губами в лицо вертигра на его очередной вопрос.
- Говорят, на востоке есть шаманы, которые могут сохранить звероформу оборотня после смерти. Всегда мечтал о тигриной шкуре на полу у камина... - говорил он с трудом, кривясь от боли.

Отредактировано Гейм-Мастер (5 августа 11:17:31)

+2

41

- Несомненный пример для подражания, - бесцветно хмыкнул Галл в ответ на слова оборотня о доброте, терпении и прочих добродетелях. - Мне, как и прежде, нечего сказать больше того, что вы уже имели удовольствие от меня узнать.
Вцепившийся в него секунду назад леденящий ужас отступил так же внезапно, как и навалился - Галахаду стало всё равно.
- Скажи ему уже всё, что он хочет узнать, - глядя прямо в на глазах покрывающееся волдырями лицо командира устало проговорил валлиец. - Целее будем.
В самом деле, что толку бессмысленно трепыхаться, теряя силы, если и так прекрасно понятно, что сейчас нет никакой возможности спастись. Можно отдохнуть, пока есть возможность. Пока больше удовольствия мучителю доставляет процесс пытки не тебя, а того, кто сидит напротив. Спору нет, когда кот наиграется с новой мышкой, его внимание снова будет всецело захвачено отдохнувшей первой жертвой, но.. кто гарантирует, что мозг отдыхающего за это время не сгенерирует какой-нибудь фантастически удачный план побега?
Нужно всего лишь отрешиться от всего, слиться со стеной, пропасть из поля зрения, сделать вид полного отсутствия себя в этом помещении и так же абсолютно спокойно уйти, как только подвернётся возможность. Галахад не единожды проворачивал такой трюк. И он прекрасно знал, что сейчас - через пару минут в его нынешнем измотанном состоянии - как минимум Араб совершенно точно потеряет его из виду, краем сознания лишь понимая, что О'Рейли некуда было деться из закрытого помещения. А вот насчёт оборотня Галл был не так уверен, но попытаться стоило - чем чёрт не шутит, как говорится.
Голову медленно сдавливало железным обручем привычной боли, и Галахад теперь всего лишь скривился на слова Араба о тигриной шкуре, стараясь максимально позволить своей способности воздействовать на окружающих.

+1

42

Когда-то очень давно его собственная жизнь стояла на перепутье того что он хотел и что сделал, а затем – пошел тропой выбранной кланом. Много времени и воды с тех пор утекло, но ту пору он помнил. Сложно было бы даже попытаться забыть то, сколько длилась подготовка и сколько смертей, крови, слез и боли он видел. То было жестокое время, если когда-то в жизни Падмы бывали времена не омываемые чьими-то страданиями.
Непроизвольно мелькнул интерес – не вместе ли проходили подготовку эти двое? Но как и многие другие, которые могли хоть на долю секунды отвести внимание от того факта, что перед ним были убийца и соучастник. Те из-за которых не уйдет из глаз память того как на руках умирал Амит. Пока бьются их сердца, эта боль не будет утихать. Пока дышит виновник, пусть и не вольный, ведь цель была он сам, Диандрий, оборотень не успокоится и не отступит.
Протянутая рука к горлу Араба, легко и непринужденно ухватила его за горло, сжимая его и начиная приподнимать. Вместе со всем телом. Вместе со стулом. Словно стремясь одной лишь рукой оторвать его голову..
Секунда. Вторая.. Удар сердца. За ним - другой.
Мужчина чувствовал пульсирующую сонную вену на шее у собеседника и в самом буквальном смысле держал руку на его пульсе, перехватывая его дыхание и покачивая меж пальцев его жизнь, не давая воздуха, не давая дернуться, не давая жить. Почти. Еще доля мгновения, чуть больше..
Так же резко как был ухвачен за горло наемник, так же резко его и отпустили, отталкивая легко, как игрушку. Или вещь. Стул с телом покачнулся, но быстро вернулся в равновесие.
- Все имена и все что ты знаешь, -все так же спокойно спросил оборотень. Ему начинало надоедать это упрямство, которое родом из упорных тренировок, выучки и терпения. Он это проходил и мог бы быть по ту сторону баррикад, если бы его это действительно привлекало, настолько, чтобы порвать с кланом. Но не настолько. И потому сейчас накатывало легкое раздражение с отголосками мыслей о том, что это особый вид горных баранов. Или оборотней-баранов. Без разницы какие предпосылки к этим животным..
Внимание крутилось лишь вокруг слов и ответа Араба. На валийца не обращалось внимание по той простой причине, что он был без надобности особой сейчас. Не говоря о том, сколько ему ее будет предоставлено, если наемник продолжит огрызаться.

+1

43

Пережив несколько неприятных секунд в подвешенном состоянии (каковые ощущения ему также были не внове - все эти коричневые засранцы, будь то муслимы, индусы или еще какие-нибудь восточные обезьяны, знали толк в подобных мерзостях), наемник кое-как откашлялся и восстановил дыхание. Благо хоть не били снова и не втыкали в него ножей...Хотя и ощущение вот-вот готовых разорваться шейных позвонков было тоже малоприятным.
- Сказать? - ненадолго потеряв самообладание, хрипло огрызнулся он на собственного сотрудника - хотя каждое движение лицевых мышц и причиняло боль. - До сих пор только ты тут блистал глубокой осведомленностью в моих делах.
Его вновь охватил приступ гнева. Если бы не этот моралист-чистоплюй, сейчас они оба были бы не здесь...
Любая попытка придать телу пусть не удобное, но хотя бы не причиняющее адского дискомфорта положение заканчивалась провалом - то простреливали болью сломанные пальцы, то саднила рана в ноге - хотя кровь из нее уже почти перестала сочиться. Говорить не хотелось вовсе - хотелось засунуть лицо в морозильную камеру и уткнуться в лед.
- Хватит, - сухо сплюнув на пол, он снова поднял взгляд на докучливого оборотня:
- Или убей, или отвали. Я все равно знаю не более того, что уже сказал. Я не знаю имен. Я в глаза не видел никого из своих заказчиков. Мы живем в век информационных технологий, если ты вдруг не заметил и застрял где-то в средневековье или колониальной Индии, или когда ты там родился. Достаточно номера счета и нескольких безымянных сообщений, чтобы передать заказ.
Тому, кто хоть немного знал его и провел бок о бок много времени, было бы понятно, что Араб сейчас просто в бешенстве. Обычно он не говорил столько даже на подготовительных сборах перед очередной операцией.
- Вы все, мнящие себя высшим сословием, вечно считаете, что неуязвимы. Нихрена подобного. Не собираюсь я тебе облегчать задачу, даже если бы мог. Думай сам, кому понадобилась твоя полосатая дырявая шкура или твое место.

+2

44

Возрастающее раздражение, пожалуй, не самый лучший спутник гнева, который до этого мгновения удавалось обуздать. Люди.. Вечно эти люди так уверены в себе только  лишь из-за того, что их численное превосходство. Что они могут по большей части? Да ничего. И при этом пытаются доказать ему.. Ему! ..что он, Падма, ведет себя слишком гордо и не подобающе.  На то есть не малый ряд оснований и причин, но что даст то, если он даже решит потратить время для бессмысленного разговора и объяснений. А в данный момент ничего, совершенно ничего уже не имело значение. Все бегало по кругу, и он все больше лишь терял время. Нет, безусловно, его аналитики и несколько хакеров не сидели сложа руки, оперируя теми крохами информации, которыми располагал Диандрий.. Но всего этого было мало. Мало. И вот сейчас только новая потеря времени, смеющая огрызаться, не отрицающая причастность к содеянному, и несущая совершенно никакой нагрузки, по части информации.
..То с каким звуком нож вышел из раны Араба, мог уловить лишь тонкий слух оборотня. Но даже он не смог бы в точной мере описать его кроме как  скользящий. Несколько капель крови  соскользнуло с металлического лезвия, когда оборотень сделал росчерк рукой в сторону. Резкая стремительная и широкая дуга была у траектории направления ножа в руке. Словно сквозь масло прошлось острие лезвие, рассекая шею человека. В этом движении не было и следа затруднения в почти отсечении головы, кончик ножа разрезал горло и трахею, проходясь кончиком по шейным позвонкам.
Миг, который мог показаться более чем долгим, и.. хлынула кровь.
Вытерев лезвие ножа о одежду Араба, оборотень сложил ног, убирая его. Скорее автоматически, чем от большой любви к этому и предмету. Затем он оглянул свои рукава белоснежного пиджака.  Такие мелки и бытовые действия очень отвлекали от переполняющей злости, когда ты их щепетильно контролируешь. Все. Вплоть до дыхания.
Затем он обернулся к Галахаду. Поймав его взгляд глазами, оборотень еще несколько секунд молча смотрел на него, пока по комнате разбегался острый металлический запах, который легко узнает каждый, кто сталкивается с жизнью и смертью.
Он тоже бессмысленная трата времени. И хотя он верил в свои слова, сдавая своего начальника и руководителя операции, ни что из этого не продвинуло его поиски ни на сантиметр. Однако, не смотря на все видимые развития событий, так же Падма понимал, что ни отпустить, ни убивать он его не может. Не нужно это.
Полученные осколки информации потоком анализа скользили в сознании, выбирая наиболее правильный выбор действий. Но ощутимый, почти на вкус, страх и смерть – несколько дурманили зверя, пробуждающегося от близости крови. Он был зол и был в бешенстве. Он лишил жизни и заткнул наглого раздражителя-человека. Но хотелось ему большего.

+1

45

Усталость это такая загадочная штука - её очень долго можно не замечать, переть вперёд к какому-то неведомому пределу сжав зубы и упрямо переставляя ноги, уговаривая себя, что вот ещё совсем немного и наконец-то появится возможность отдохнуть.. а потом в какой-то момент неосторожно посмотреть на собственные руки и понять, что предел возможностей давно оставлен позади. Понять, что ноги в буквальном смысле подгибаются, а руки больше не способны держать какие бы то ни было предметы в пальцах.
Галахад едва заметно пожал плечами в ответ на гневную реплику командира - он и так продержался слишком долго, скрывая от оборотня имеющуюся у него информацию об этом человеке - несомненно виноватом в произошедшем и прекрасно знающем о своей вине. Сейчас О'Рейли даже как-то отстранённо задумался - а что, собственно, ему мешало сказать всё сразу? Ведь он с самого начала считал поступок Араба неправильным, совершенно не верным с точки зрения какой-то (пусть и только лишь своей собственной) морали и справедливости - кем бы ни был оборотень или вампир он должен именно заслужить смерть. Долгая и привычно нудная слежка за Ниламом убедила Галахада тогда лишь в том, что персона данного конкретного оборотня просто слишком кому-то мешала, и это он не считал достаточным основанием для убийства. Конечно, оставалась вероятность того, что валлиец просто не смог докопаться до столь глубоких слоёв информации. Но, уж в чём, а в своей способности дотошно перерыть всё, до чего мог бы дотянуться, и даже больше Галл не сомневался. Никогда. Уж очень специфическая черта - недоверие к казалось бы очевидным фактам - присутствовала в характере О'Рейли. Каждый на первый взгляд достойный доверия факт он проверял десятками различных способов, потому что, как правило, кажущееся правдой на самом деле ею не является.
Голова болела...
Страшно. Раскалываясь. Алыми бликами гуляя под прикрытыми веками. Усталость дала о себе знать - попытка отвести от себя глаза теперь раскалёнными шурупами вкручивалась в виски. Галахад, казалось, даже слышал болезненный скрип собственных шейных позвонков, когда пытался даже не то, чтобы повернуть голову, а всего лишь напрячь мышцы шеи или плеч. На происходящее перед ним сейчас было категорически наплевать. Сквозь огненный туман головной боли прорывались отголоски одной только мысли - двум смертям не бывать, а одной не миновать. И это странным образом его умиротворяло.
Тот момент, когда горла Араба коснулось лезвие ножа, медленно двинулось сквозь ткани с тихим свистом вспарывая трахею и с булькающим звуком выпуская из кровеносных сосудов несущую жизнь густую субстанцию, Галахад не увидел - почувствовал. Каким-то безошибочным чутьём видевшего достаточно в своей жизни, чтобы узнать запах крови и отличить стук подошв бьющегося в агонии от чего-то более прозаического.
Несколько секунд тишины, заполненной булькающим хрипом и исступлённым шорканием по полу ног захлёбывающегося собственной кровью Араба, у Галахада ушли на то, чтобы открыть глаза и спокойно встретить взгляд обернувшегося к нему оборотня.
- Моя очередь? - короткая понимающая усмешка скривила губы, давно побелевшие от изматывающей боли - Галахад парадоксально очень хорошо понимал сейчас Падму. Не сочувствовал, но осознавал, что, вполне вероятно, на его месте поступил бы точно так же. Не допуская никаких компромиссов.

+1

46

Не смотря на разнообразие языка и возможности слова, молчанием порой можно сказать гораздо большего. Хотя это не все и не всегда понимают. Но тут скорее дело в том, к которой из сторон ты относишься. Диандрий умел и мог говорить много, более чем много, красочно и витиевато, уверенно и не запинаясь. Но он все равно относился к тому типажу личностей, которые молчанием могут сказать больше. И еще боле выразительно.  Люди которые не понимали этого и нуждались в  словах – раздражали, но по долгу службы, приходилось иметь с ними дело и лишний раз радоваться встрече с теми, кто был из его числа.
- Я так полагаю, ты прекрасно осознаешь, что пустив меня по ложному следу, который привел к пустышке – только усугубил все. Такое упорство и такое сопротивление. Я не люблю пустую трату своего времени, так как могу его пустить на куда более важные дела.. –все же на рукаве было маленькое, буквально крошечное, пятно крови, которое и раздосадовало окончательно. Стало последней каплей так сказать. Убить его? Ну уж нет.. Это будет слишком простым решением  для данной ситуации – сломать, уничтожить и выкинуть.
А вот теперь в тональности голоса начинали не малозаметно проскальзывать нотки.. раздражения? Нет, это слишком было простое слово, для описания переполнявшей бури эмоций все той же злости, гнева и раздражения, подпитываемые вкусом крови на губах и смерти – на кончике языка. Какого бы ранга ты не был оборотнем, кровь будет поддразнивать любого.  Падма мог усмирить эту волну внутри, но.. зачем?
Толчок ногой в грудь резко обрушился на Галахада, откидывая его к стене и на пол, для того чтобы новым пинком направить его перевернуться на живот.
Мужчина оказался неимоверно близко, с гибкостью поистине кошачьей нависая над своим пленником и почти его касаясь. Рука зарылась в волосы валийца, вздергивая его голову.
- А вот теперь все будет только начинаться.. –теплое дыхание и леденящий тон голоса-слов, пробежался вниз по шее и груди.

+1

47

Нет, Нилам мог ничего ровным счётом не говорить - Галахад видел всё в его взгляде, буквально кожей чувствовал бурлящую в оборотне ярость. Каждое его слово сочилось горьким ядом, несущим не смерть, а лишь ещё большие мучения, и единственное, чего О'Рейли на самом деле хотел бы сейчас, - это чтобы всё произошедшее оказалось просто очень-очень плохим сном, дурацким вывертом воспалённого сознания. Но какими бы реалистичными не бывали сны - они всегда заканчивались пробуждением. А вот этого Галлу совершенно точно не грозило, и это прекрасно им понималось, хотя и осознавалось всего лишь словно самым краем сознания.
Ох уж все эти чистые эмоции... Парадоксально, будучи избитым и измученным, осознавать, что тебе внезапно нравится видеть эти огненные вспышки гнева в глазах напротив. Настолько, что ползающий где-то на периферии страх за собственную шкуру отступает куда-то очень далеко, прячется в тенях предметов, а ты сам, как какой-то безумец, абсолютно не слушая слов, смотришь, смотришь и смотришь в это бушующее пламя искренней ярости, удивлённо про себя отмечая как изгибаются в кривой улыбке больше похожей на ухмылку собственные разбитые губы.
Удар в грудь не был неожиданным, Галахад видел начало этого резкого движения - боевой опыт не пропьёшь, как говорится, - и, возможно, он вполне мог бы противостоять этому удару, но... выбитый из лёгких воздух и с размаху встретившаяся со стеной спина говорили несколько об ином. А через мгновение очередной удар, отбивающий казалось окончательно всё нутро, заставил О'Рейли скорчиться на полу - внутренности жгло огнём, и Галахаду пришлось изо всех сил, до болезненного скрипа сжать зубы, чтобы не дать предательски болезненному стону сорваться с губ.
Резко оказавшемуся рядом оборотню очень хотелось вцепиться в горло - выдрать ему пальцами кадык и с упоением прислушаться к хриплому бульканию густой оборотнической крови в разодранном горле. Но мечты большей своей частью, к огромному сожалению, остаются неосуществимыми.
- Я с нетерпением жду этого представления, - прохрипел в ответ оборотню Галахад, яростно скалясь и тщетно пытаясь вырваться из железной хватки тигра.

+1

48

Как не крути, но осознание того что человек более хрупкий ты воспринимаешь как с отрицательной стороны, так и с положительной, родившись сразу и изначально с другой стороны пропасти. Сейчас сложно было сказать, какое восприятие этого фактора более доминировало, пока тигр наблюдал сопротивление Галахада и понимал, что оттяни он его голову на 5 сантиметров и позвонки начнут складываться, лопаться мышцы и скелетные составляющие, пока он неспешно сворачивает тело наемника в рулет наизнанку. И это ощущение как легкая искра меж пальцев скользила в сознании.. и меж пальцев.
Упоительный запах крови, который хотелось ощутить на языке, разрывая в клочья мышцы.. мясо.. отрывая куски где побольше и чувствуя тепло, сочность и даже легкий пар от горячей еще крови. Но это не будет не только потому что Падма боялся не устоять и со вторым заложником начать делать тоже самое, но оставляя его живым. Нет, он просто не хотел к тому прикасаться даже. Выдержка, характер, темперамент, голос и поведение. Все это не мало вызывало восхищение и одновременно отвергало даже мысли о том чтобы слизать его кровь. Нет, тело наемника исчезнет в других желудках.
- Ооо.. В этом можешь не сомневаться, -с несколько невнятно петляющими слогами, словно прорывающийся неизвестный акцент, но на самом деле – дрожание мышц гортани, что чуяли зверя и перемены тела. Пусть и частичные.
..Спустя какое-то время и смотря на все происходящее словно сквозь окно и отстраненно, можно было задать много вопросов и сделать разных действий. Можно было в конце концов его убить. Все мы смертны и попасть под раздачу не редкость в нашем жестоком и безумном мире. Но даже понимая все составляющие, такие как соблазн крови, опьянение злобы и ненависти, то что дал некую вольность собственному зверю.. Все это было лишь слова, а жизнь – она стремительна и порой неописуемая.
Треск рвущейся материи, она впивается в бок валица, словно цепляясь за своего владельца как за последнюю соломинку, но несомненно превращаясь в лохмотья под рывком…полугкогтистой руки. С бедер и ног Галахада срывалась одежда, оголяя его окончательно. А вот легкие прикосновения,   полутрансформировавшихся в когти ногтей и человеческих пальцев, прошлись по бедру  Галахада. Прошлись и сжали, почти до крови бок.
- У тебя буквально партер.. –хрипучим, от несколько более громоздких для человеческой челюсти  зубов и мешающих языку, голосом повторил-продолжил Диандрий. Он уткнул наемника лицом  в пол, заставляя все его тело, тем не менее прогнуться и непроизвольно выпятить зад, стремясь сопротивляться и подняться хоть частично. То что нужно.
Знакомым звуком расстегнулась ширинка на штанах самого оборотня, который действовал довольно быстро, ловко и.. привычно? Но вот уже нечто твердое, горячее толкалось в края ануса. Сжимая бедро мужчины сильнее, и не давая ему дернуться, оборотень направлял проталкиваясь. Отсутствие, какой-либо смазки кроме нескольких капель естественной и чуть проступившей, было болезненно для обоих. Но для Падмы скорее – дискомфортно.

+1

49

Больше всего во всей этой ситуации Галахада раздражала, даже бесила, собственная беспомощность. Беспомощность, не смотря на все попытки сопротивляться изо всех сил - Галахад был точно уверен, что вырывается из железной хватки в полную силу, буквально на пределе возможностей собственного тела. Но ничего не помогало. Совсем. Его просто в очередной раз фиксировали и продолжали издеваться.
С запрокинутой настолько головой даже дышать трудно, не то, что говорить хоть что-нибудь. А сказать хотелось. Плюнуть в лицо бурлящей в груди яростью, съязвить, что никогда бы не подумал, что главу целого клана так долго отвлекать от несомненно важных клановых дел могут всего лишь какие-то два хлипких человечка. Боль и страх достигли того уровня концентрации, когда остаётся лишь злость на всё вокруг и самого себя. На себя - в первую очередь.
Изменившийся голос оборотня ударил по нервам - Галахад рванулся прочь от него с утроенной силой. Но всё тщетно - его держали крепко. Даже слишком крепко - О'Рейли чувствовал, что стоит ему дёрнуться ещё чуть сильнее и последствия такого действия стали бы непоправимыми для его существования в этом мире вообще.
Надежда на то, что Нилам в какой-то момент даст слабину, и тогда у Галла будет возможность вырваться из его цепких лап, промелькнула как метеор на ясном ночном небе - мгновенно погаснув, едва только слуха коснулся треск разрываемой ткани.
Звук, который издало горло валлийца в тот момент, когда его обнажённой кожи, чуть не вспарывая её до самого мяса, коснулись твёрдые звериные когти, описать обычными человеческими словами было практически невозможно. Какое-то невероятное смешение яростного рыка, утробного воя и безысходного стона - вот что это был за звук.
Вырываться было бесполезно, это Галахад уже прекрасно осознавал, если бы только прислушивался сейчас к доводам собственного разума. Всё внутри него переворачивалось от осознания происходящего, каждая клетка содрогалась от захлёстывающего с головой негодования и яростной злости. Гораздо легче было бы снести всё просто поддавшись, в конце концов даже отключившись от осознания факта такого унизительного насилия.
Но шок был слишком велик - Галахад, уже не соображая ровным счётом ничего, рычал, вырываясь из последних сил, изворачиваясь, сбивая к чертям ноги об пол, срывая ногти и ломая пальцы о цепь, удерживающую его руки, не чувствуя ничего, кроме жгущего внутренности яда унижения, не понимая, что каждым своим движением, каждой попыткой освободиться делает только хуже самому себе.
Грудь словно тисками сдавливало, горло стянуло тошнотворным спазмом, злые слёзы выжигали горькой солью глаза - Галахад без преувеличения никогда в жизни не чувствовал себя настолько мерзко и гадко.
Единственное, чего он хотел в этот момент, было даже не то, чтобы всё это побыстрее закончилось. Ему до безумия хотелось именно сдохнуть, чтобы наконец-то перестать чувствовать себя склизкой тряпкой в каком-то смрадном клозете.

+1

50

Что может быть завораживающе оголенных эмоций? Тем более когда это эмоции того характера, который близок тебе. Боль, отчаянье, ужас и злость – этот букет буйным цветом распускался во всей происходящей ситуации, окантовывая и оборачивая ее.
От всего произошедшего, как бы часто это не повторялось и не описывалось, по сути было два выхода – ее одна смерть или секс. По сути сейчас они были равноценны для Падма и это было откровенно. Все что нельзя убить - можно изнасиловать. Все что нельзя изнасиловать – или нет на это желания – моно убить. И как бы много песен не было благородно спеты в честь смерти за свое дело, идею, принципы и прочее, нужное вставьте, но изнасилование не воспринималось как унижение. Даже между мужчинами. Это был просто другой выплеск того, что накопившись переполняло чашу эмоций, энергетики и чего-то того, что обычному человеку сложно объяснить, но не сложно понять.
..Резкий рывок, туго и грубо. Несколько непривычно без смазки, как бывало в большинстве случаев. В отличии от данной ситуации. Еще и с.. Черт возьми, да он у него скорее впервые и это.. Это заводило еще больше.
Полкогтистая рука, заметно трансформировавшаяся, до крови впивалась в бедро Галахада, жестко и грубо его фиксируя в своих тисках. Через время ее хватка не изменилась, но ладонь начала двигаться в такт общего ритма, раскачивая и бедра мужчины так же. Не смотря на то как разрывалась его  кожа и тугое кольцо мышц ануса, стекая редкими алыми каплями по внутренней части бедер. Почти как лишение девственности девушку, но тут другая ситуация и все гораздо хуже, жестче, больнее.
Нависнув дугой над упирающимся валлийцем, отчаянно и столь упоительно страдающим, Диандрий тяжело дыхал. Паж и ладони были единственными местами где он соприкасался с пленным, хотя в обычном (даже единоразовом) сексе позволял  себе на порядок больше вольностей. Но здесь было другое – излияние боли, злости, энергии. Оголенный и животный секс, даже без каких-то объяснений или возможностей развития событий.. если не учитывать смерть.
Тигру было хорошо, он тонул и плыл в этом диком водовороте. Человек упивался каждой секундой происходящего и возможностью отвлечься. Происходящее затягивало и начинало казаться даже упоительным.
..Рядом сухом наемника раздался щелчок, непроизвольно сжимающихся челюстей, когда лицо оборотня оказалось совсем рядом с его головой, в новом толчке. Только тяжелое дыхание ему вторило. Ритмика и поступательность казались дикими словами в том безудержном тайфуне происходящего, безжалостно обрушивающегося на долю и зад Галахада.

+1

51

Почему бы оборотню было просто не убить его. Арабу, вон, потребовалось гораздо меньше времени на разговор - и дня не прошло, как его кровь бурым пятном застыла на полу их импровизированной камеры смертников. Галахад уже даже не чувствовал тошнотворно-сладковатого её запаха. Лишь постоянно попадающаяся ему на глаза картина обмякшего тела, залитого кровью и с неестественно свисающей на бок головой не давала забыть произошедшего.
Он, кстати, словно больше вообще ничего внутри себя не чувствовал вопреки обыкновению. Задыхался от того, как сдавливала горло подступающая тошнота, инстинктивно всё ещё пытался хоть как-нибудь извернуться под прижавшим его оборотнем, выскользнуть из его лап, просто потому, что хотелось хоть как-нибудь уже закончить всё это. Не важно чем бы для него обернулись эти попытки в результате. Пусть даже разорванным животом и вываливающимися на пол внутренностями.
Щёки полыхали огнём, то проваливающимся в горло, то снова выплывающим на лицо, конечности немели словно от холода - контраст бьющихся внутри него температур буквально каждую клетку заставлял ходить ходуном. Волнами накатывала запредельная усталость, спутывающаяся с каким-то отрешённым ступором, то и дело всплывающим на поверхность.
Галахад очень чётко ощущал впивающиеся в бедро звериные когти, каждый толчок оборотня внутри себя, каждое прикосновение ткани его одежды к своей коже - и израненной, и не тронутой, но практически не чувствовал боли лишь краем сознания понимая, что она присутствует. Что она сопровождает буквально каждое его движение, отзывается в каждом вдохе и выдохе, опутывает колючей проволокой болезненных импульсов всё тело.
Спасительный ступор наконец-то полностью овладел им - Галахад ощущал себя словно вышедшим из собственного тела. Всё, что происходило сейчас с ним, его словно никак больше не касалось. Каждое ощущение прорывалось к нему словно внушительный слой ваты, больше не впиваясь раскалёнными лезвиями в мозг, а всего лишь едва ощутимо его касаясь - достаточно чувствительно, чтобы не игнорировать, но недостаточно сильно, чтобы впадать в какую-то рефлексию по этому поводу.
Обжёгшее скулу горячее дыхание оборотня всё-таки заставило его вздрогнуть всем телом и дёрнуться в сторону, благодаря этому почти инстинктивному действию боль на мгновение изо всех сил ударила по всем возможным рецепторам, но сил у Галахада было настолько мало, что даже болезненного крика толком не получилось - лишь какой-то практически птичий клёкот застрял в горле, заставляя лихорадочно глотать наполнившую рот горькую слюну, стягивающую своей терпкостью искусанные в кровь губы.
О'Рейли чувствовал, что вполне возможно того и гляди снова отключится - на этот раз не от боли, а от невыносимо измотавшей его усталости.

0

52

Как можно себя сдерживать, когда все что ты любишь столь близко, столь рядом и в упоительной досягаемости? Только силой воли выдержкой, которые на данный момент были совершенно неуместны. По крайней мере, так считал и человек и зверь, запертые сейчас в одном теле в столь тесном соседстве, что сложно было бы уследить грань их границ. Когда все уже на том уровне, когда становится несколько все равно, но в то же время ты словно отстраненно руководишь всем происходящим.
Возможно, отключись он полностью и останься полубезжизенной оболочкой, все обернулось несколько иначе. Но сопротивление и звук голоса. Оголенная боль и ужас, страх. И все это все еще с ощущением недавней смерти, что запахом застывающей крови витала столь рядом. Столь явный соблазн и столь откровенная, пусть и не осознанная, провокация стечений обстоятельств.
..Клыки давно уже не человеческие, впились в плечо и шею мужчины. Врываясь и разрывая коже, проникая в мышцы и разрывая их, пуская кровь и тут же ощущая ее солоноватый вкус на языке, отдающую железом. Пиковое удовольствие в круговороте, через миг накрывшееся, словно пеленой, фейерверком оргазма. Столь ярким и захватывающим, что ничего другого, кроме как стараться уцепиться в него, желая продлить как можно дольше, нельзя было сделать. Инстинкт на инстинкте в желаниях и действии, словно поток реки, стремительный и разрушающий. Удары всем телом и корпусом, врываясь и разрывая, словно на несколько частей, тело пленника. С силой, вожделением и напором, накрывая его всем телом, подминая под себя и почти придавливая.. размазывая собой по полу.
Сорвавшийся полустон, который прорвался сквозь сжатые зубы, стих, оставляя себе на замену – глубокое дыхание, быстро перешедшее вновь на прерывистое. Но и оно почти полностью исчезло, когда челюсть разжалась. Вмиг набухшая кровь в отпечатках укуса, хлынула тонкими, неуверенными струйками из ран.
Бедра валийца украшала обильная и щедрая россыпь синяков и ссадин, на некоторых из которых так же показалась кровь, от  когтей. От пола, для удобства, уже отталкивалась больше человеческая, чем звериная рука ее обладателя. Падма медленно отстранялся и поднимался, выходя из тугих, тесных, измазанных теперь его спермой, и кровавых тисков Галахада. Отряхнувшись и частично стерев с себя грязь рукой, он чуть покачиваясь поднимался, приводя себя в порядок на ходу и застегиваясь. Белый костюм уже далеко не белым и на нем, словно откровенным текстом читалось все то, что имело место быть. Но это последнее что волновало в своей резиденции оборотня.
Даже не глянув более на мужчину, оборотень потер руки, скатывая с рук запекающуюся и засыхающую грязь с кровью. Ноги были несколько ватными и в голове была пьянящая легкость. Чуть не оступившись, от букета, что так вскружил голову, мужчина на миг удержался (ловя равновесие) за один из «столов». Но довольно скоро он стал приходить в себя.
Слова не нужны были. Диандрий откровенно себя чувствовал котом не то что объевшимся сметаной – обожравшимся и искупавшимся в ней. Весь.
..На этом и ушел. Так же молча. Как ни в чем небывало, но с ухмылкой которую даже не скрывал.

+1

53

Всё происходящее отдавало атмосферой малобюджетного триллера или какого-то полу-ужастика - замкнутое пространство, антураж, по всей видимости долженствующий заставить внутренности сжиматься от липкого страха и предвкушения чего-то непоправимого, кровавые мазки на стенах, матово поблескивающая лужа застывшей крови на полу, труп с перерезанным горлом и свисающей на бок головой...
Все эти картинки вертелись в голове какой-то тошнотворной каруселью, сжимающей скукожившийся желудок вполне определённого рода позывами.
И ни единой мысли в голове, только звенящая чёрная пустота, заполненная вяло отзывающимися на каждое движение оборотня ощутимо-болезненными импульсами. Галахад, в какой-то момент практически прекратив все свои попытки сопротивления, вжимался лбом в собственные ладони, закусив до практически полного онемения нижнюю губу, с каждым толчком Нилама внутри него лишь сильнее зажмуривался, стараясь хотя бы задавить в себе предательски рвущиеся из груди болезненные стоны.
Но впившиеся в плечо, раздирающие в едином порыве плоть звериные клыки, так "удачно" дополненные опалившим внутренности горячим семенем тигра, словно лишили его последнего призрачного оплота собственной гордости. Сдавленный крик, через мгновение сорвавшийся на полный боли всхлип наждаком прошёлся по горлу, срывая к чертям голосовые связки, словно кожу срывая единым слитным движением. Стой Галахад на ногах - совершенно точно рухнул бы как  подкошенный, всё его тело сотрясала крупная дрожь, а глаза жгло так, словно в них перца насыпали.
Истерзанное плечо горело огнём, казалось, что каждой клетке тела передавалась та болезненная пульсация, что билась в каждом ударе сердца.
Галахад не смотрел вслед своему мучителю, хотя ему где-то на задворках истрёпанного сознания очень хотелось удостовериться в том, что тот действительно ушёл. Почувствовать себя хоть в какой-то, пусть и совершенно призрачной, безопасности. Время для него снова медленно сворачивалось в тугую спираль, скручиваясь так туго, что невозможно было понять, сколько его просыпалось песком сквозь пальцы и сколько ещё просыплется. 
О'Рейли лежал на полу, подтянув колени к животу и обхватив их руками. Ему становилось то невыносимо холодно, то нестерпимо жарко. Лицо то и дело словно кипятком окатывало, а виски сдавил железный обруч тупой боли.
Чёрт знает, сколько времени он так пролежал - то проваливаясь в темноту,  то снова и снова выныривая из неё, разгоняя сгрудившиеся вокруг головы непонятные тени и тщетно пытаясь отрешиться от ощущения собственного тела как всё ещё неторопливо перемалываемого в дробилке.
Полусон-полубеспамятство как старый истёртый плед в заплатках из галлюцинаций и бреда в конце концов укрыло его.

+1

54

Эмоциональный выплеск произошел. Он слил все то что накипело в накрутилось внутри него. Он раздавил и дал себе волю с этим человеком, даже более. Но почему же поднимаясь по лестничному пролету, так хотелось ударить с силой, от которой или рука раздробится, или по стене пойдут стремительные паутины трещин. А может то и другое.. Как бы то ни было, но руки на миг пришлось, в порыве, спрятать в карманах штанов.
..Резким, как удар хлыста, приказом были направлены указания на зачистку подвала. Несколько оборотней, подталкивая друг друга локтями, направились в помещение о котором ходило столько слухов. В то время как сам Диандрий уже покинул Резиденцию,  направившись в неизвестную сторону и один.
Дверь бесшумно открылась спустя какое-то время, после того как его покинул оборотень. Хотя в произошедшем круговороте бесконечностью мог бы показаться что час, что год, что 20 минут. Вошедшие в помещение несколько мужчин оглядывались, но среди них был тот, кто принес сюда Араба и он знал в какую сторону смотреть, не сворачивая себе шею в попытках рассмотреть все приспособления. Он не удивился и даже не стал вслух что-то высказывать, а вот его спутников начали было что-то бормотать об окружении, когда проследили его взгляд. Ничего нового или удивительного в этом не было, но предстояло вынести его.
Они разрезали веревки, стягивая тело человека на пол, где уже расстелили черную ткань мешка для таких случаев. Он вакуумно прятал в своих недрах, за строгой молнией то, что ненужно было видеть посторонним глазам. На какой-то миг глаза одного из корейцев приобрели желтый цвет, стали увеличиваться и зрачок приобрел вертикально-кошачью форму. Но его отдернул один из спутников и он поспешил просто облизать кровь на пальцах, продолжая уборку.
Стул как и был – оставили у дальней стены, где он неприметно (среди вереницы остальных приспособлений) стоял в ожидании следующего звездного часа. Один из оборотней понес тело бывшего пленника, пока остальные помогали. Дальше уже было дело горничных, что как раз, некоторое время как, ожидали с той стороны дверей и сейчас молча направившись вовнутрь.
Все происходило стремительно и хаотично, но довольно слаженно. Что-то было от подобия муравейника в этой структуре, где у каждого была своя ниша и свои обязанности, параллельно которым струились позиции в прайде. Но как бы то ни было, девушки уже дочищали пол и помещение, сливая почти прозрачную воду, когда дверь вновь открылась. Мельком пробежавшись глазами по гибкой фигуре вошедшей мед.сестры, они вернулись к прежней работе.
Ангелина отметила лежащий на одном из столов ключ, который передал Падма и который она ему вернет. Но сейчас уже она ставил на этот же стол свой саквояж, раскрывала и одев перчатки бралась за то, чтобы обработать Галахада. Нилам очень обрывисто и уклончиво ответил ей на попытки расспросить о том что произошло и что необходимо. Отметив только, что лучше, если он все же не издохнет. Женщина понимала, что это не было смущение, а просто обдумывание уже другого уровня проблем-ситаций, а возможно и параллельная диалогу с ней раздача указаний.
Но нужно было начинать. Сняв окончательно всю одежду, медик принялась за стирании с него кровавых следов, чтобы иметь лучшее представление о ранах. А затем берясь уже и за них. Насчет того, что парень лежит на полу, она не беспокоилась, так как он был довольно теплый. А судя по следам ан плече, теперь это последнее что будет беспокоить валлийца.
- Зря ты меня не послушал, малыш.. –обращаясь к бесчувственному телу, пробормотала она. Хотя что тогда, что сейчас он был без сознании. Вгоняя в вену ему иглу, она подвесила на один из крюков стола капельницу и вновь взялась за обработку раны и наложение повязки. После чего были обезболивающие имеющие больше схожести с наркотиками. Пока что они на него будут действовать, но это и нужно.
..По завершению всего, она сложила свои вещи, в замешательстве и с жалостью посмотрела на лежащего Галахада в без сознании и неуверенно направилась к выходу. Она не хотела неприятностей из-за секунд жалости к незнакомому человеку. Видимо это был тот самый из-за кого погиб помощник Диандрия. Ангелина его не то чтобы знала, но имела свое мнение и плохим оно не было.

+1

55

Мир вокруг превратился в желе. Безвкусное, неосязаемое и не пропускающее света желе.
Галахад чувствовал себя словно внутри него - шевелиться было можно, но совершенно незачем. Всё тело ныло от тупой, выкручивающей каждую мышцу, каждый сустав, боли.
Кожа казалась всего лишь эластичной оболочкой того фарша, которым ощущал себя О'Рейли.
Густая темнота раскачивала его тело, словно убаюкивая как ребёнка, обступала, вливаясь беззвучием в уши, затягивала в самую глубину полного отсутствия всего - ощущений, чувств, мыслей.
И теперь всё стало... никак.
Не хорошо, не плохо, а именно никак. Наверное, как-то так выглядит смерть - полное отсутствие всего, звук тишины, ощущение полного ничто под пальцами, вкус пустоты на языке, запах темноты в самой глубине раздувающихся ноздрей.
Наконец-то больше не было боли, не было страха, не было горечи, стягивающей судорогой скулы. Ничего. Вообще.
Тело Галахада сгустком блёклого света скользило в этой непроницаемой темноте. Он видел себя сразу со всех сторон. Так, словно его поместили в какую-то камеру с тысячей экранов, на каждом из которых он мог наблюдать своё перемещение. Изображения скользили вокруг, извивались, накладывались друг на друга, но при этом не создавали какого-то хаоса, воспринимаясь единомоментно и цельно.
Когда казалось бы всё наконец-то затихло, когда темнота окутала всё практически полностью, когда даже отзвука дыхания не стало слышно, алой молнией по венам вспыхнул огонь. Обжигая каждый кровеносный сосуд, от самых крупных до мельчайших, разлился по телу, принося тепло и какое-то совершенно иное ощущение покоя.
Покоя, когда всё вокруг и сам ты больше не чувствуется отсутствующим, растворённым в окружающем пространстве.
Обыкновенного покоя. Как в детстве, когда промозглой и сырой осенью можно залезть с ногами в большое кресло и, укрывшись одеялом из мягкой шерсти, пригреться и уснуть. Того покоя, который окутывал в тех детских снах, поднимая над землёй тёплыми прикосновениями ангелов, уносящих куда-то далеко, за облака - всё выше и выше, ближе к окутывающему с ног до головы свету - туда, где боль и страх не скрываются в непроглядной и вязкой тьме, а исчезают на самом деле.

0

56

Шестой день.
Еще два раза, позже и на следующий день, Ангелина заходила к мужчине в без сознании. Новый укол антибиотиков и обезболивающего, который больше походил на наркотики, а так же капельница. Чтобы поддержать жизнь в нем. Но не более.
..У оборотней все строится в львиной доле на уважении, по крайней мере так было у тигров. Тут не было чистой монархии – все были равны и только собственные качества давали возможности на лучшую жизнь. Если их ни было ты либо смирялся с этим, либо начинал это менять в себе. Именно поэтому разговор Ангелины и Диандрия состоялся не на повышенных тонах и вообще состоялся. Женщина отдавала ключ и не смогла смолчать.
- Ты ведь заразил его? -подобрав правильную формулировку, начала она. Но в ответ на эти слова было холодное молчание, которым за последние несколько месяцев, буквально обрастал Нилам. Не то чтобы он раньше имел свойство быть душой компании и заядлым весельчаком, но и нынешнее поведение не было типичным. Хотя события предшествовавшие этому – были вполне понятны. Нет, он продолжал держать в кулаке весь клан, руководить поставка и просматривать новых работников и оборотней. А личное пространство и жизнь – на то и личные. И самое печальное то, что единственный с кем поделился этим личным Падма, сейчас находился в подвале.- Он мог не перенести и умереть!
- Не умер же..
–коротко ответил мужчина, складывая документы в стол и запирая его.
- Я все могу понять и все стараюсь понять, но..
- Вот и попытайся просто понять, что тебе не стоит лезть в данную ситуацию. Я сам ею занимаюсь и держу все под контролем.
- Твой контроль вышел за рамки!
- Ты выполнила все, что было в  твоих силах по части помощи ему?
- Да, но..
- Спасибо, можешь быть свободна. Дальше я сам им займусь.

Женщина застыла, в самом буквальном смысле слова сжимая зубы, но не скрывая этот звериный оскал. И новый холодный ответ взгляда без эмоций и, казалось, жизни. Это длилось несколько секунд, а может больше. Энергия не всколыхнулась, а звери не потянулись друг к другу, чтобы показать, что не все слова – просто слова.
..Хлопнула дверь, закрываясь за развернувшейся на каблуках, и резко вышедшей из кабинета.
После той ночи, чуть больше суток назад, Падма чувствовал некое удовлетворение и.. пустоту. Все еще не закончено, но его ищейки, похоже вышли на след и как раз сейчас занимались стратегией действий. Все вело к тому, что валиец был тут не при чем, но оборотень ничего не мог сделать с тем, что хотел выбить еще раз из него эти слова. Что-то было в этом мужчине с упрямым взглядом такое, из-за чего не было желания просто и так просто перерезать ему горло. Ангелина права и не было нужды в том, чтобы заражать его.  Но то, что случилось не вернуть, да и не сказать, чтобы Падму особо из-за этого грызла совесть. По своему опыту рожденного оборотнем он был уверен, что оказал услугу.
..Не громко открылась дверь подвала, впуская в помещение мужчину и притворяясь.
- Как спалось? –непринужденно, проходя в сторону Галахада, задал с порогу вопрос мужчина.- А то мне бы хотелось вернуться к изначальному вопросу нашей дискуссии..

+1

57

Плечо, истерзанное клыками оборотня, горело огнём, пульсировало лихорадочным жаром. На фоне этой, свежей, боли даже израненная и изрядно покрывшаяся подсохшей корочкой крови спина уже так не беспокоила.
Как ни пытался Галахад в полумраке окутавшего его беспамятства устроить своё тело так, чтобы хоть немного уменьшить этот лихорадочный пожар. Бессознательно, плавая в тёмном густом тумане, он всё же умудрился свернуться на жёстком полу с максимально возможным в его положении комфортом. Мышцы настолько задеревенели за всё время проведённое в этом помещении, что теперь даже боль от всех полученных им ран мало по малу отступила, оставив вместо себя тянущее ощущение смертельной усталости.
Краем сознания, то и дело пытающимся выкарабкаться из глубины беспамятства, он осознавал происходящее, но слишком мутно, чтобы понять хоть что-нибудь.
Синтетическая эйфория то и дело разливалась по венам и Галахад, лишь только начиная вялое движение к поверхности утянувшего его в свою густую глубину океана, снова тонул, безвольной куклой опускаясь на дно своего беспамятства.
Несколько раз он видел миловидное лицо, склоняющееся над ним в ореоле болезненно бьющего по глазам, практически физически ощущаемого, света. Он пытался пошевелиться, вырваться из оцепенения, сковавшего все мышцы, сказать хоть что-нибудь, но всё было безуспешно. Он хотел бы схватить её за руку, как только она склонилась над ним, и упрашивать, умолять просто накачать его каким-нибудь снотворным посильнее под завязку, так, чтобы он просто заснул и не проснулся, чтобы стало плевать, что дальше будет с его телом и на какой помойке его потом не найдут. Но даже мысли текли слишком вяло, что уж тут говорить о действиях...

Едва слышный шелест открывающейся двери и уже знакомые, практически бесшумные шаги, Галахад уловил словно подсознательно, приоткрывая воспалённые глаза, но пока не шевелясь и лишь прислушиваясь к творящемуся вокруг. Он ожидал теперь чего угодно - пинка, удара, ещё одного сеанса надругательства над собой, но почему-то не слов, сказанных нарочито спокойным голосом.
- Вполне сносно, благодарю, - с трудом разлепив пересохшие губы, просипел О'Рейли, приподнимаясь на руках и отчаянно стараясь не выглядеть при этом настолько побеждённым. - Я всегда готов к любой беседе.
Упрямство, гордость, чувство собственного достоинства - всё, что у него осталось. И молить о пощаде этого конкретного оборотня он не стал бы теперь ни за что на свете.

0

58

- Не стоит преувеличивать, стремясь в вежливости и воспитанности, преподнести себя в лучшем свете, -спокойным, но чуть педантично нарочитом тоне, ответил Нилам.- Наша беседа затянулась и мне с трудом пришлось пробираться все это время к той цели, которую я пытаюсь достичь, но так и не достиг. Являясь представителем больше рода кошачьих, чем человеческим, в некоторой степени меня не могут не привлекать возможность поиграть с чем-то или кем-то сопротивляющимся. Это тот инстинкт животных, который не дает потерять навыки или реакцию и над которым люди любят посмеиваться, пока не оказываются в положении той самой жертвы.
Взгляд оборотня скользил по телу Галахада, и это можно было почти ощутить прикосновениями. Ни теплыми и не прохладными, ни резкими и не мягкими. Просто наличием прикосновения, как какого-то факта.

- Жертва может неожиданно умереть на пике боли от снятой кожи, -взгляд пробегался по плечам и бокам валийца, затем скользнув в сторону кожи бедер.- Или не выдержать натянутости всего тела, если его подвесить на крючьях. Это довольно интересно пахнет, прошу отметить. А крики, благодаря хорошей акустике этого помещения, создают довольно интригующий эффект кокона для самого кричащего. Но думаю ты успел отметить некоторые отголоски этого эффекта?
Рука Диандрия зарылась в густые пряди его вьющихся волос, поправляя и чуть откидывая волосы, на миг отведя глаза в сторону, словно смакуя воспоминания и описания. А ведь действительно смаковал. То что он упоминал, имело место быть, но вряд ли те кто убирался в помещении после этого, хотели бы вспоминать или пересказать то что видели.
- Интереснее всего снимать кожу на шее, кстати, так как филигранная работа – одно неверное движение и человек вообще никогда не сможет говорить.. Но что-то я заболтался все не о том. Не думаю, что ты хочешь знакомится с игловой терапией, которую веером распределяют по телу собеседника, чтоб настроить его на правильный лад разговора, -его взгляд устремился от линии груди к паху.- Или вернутся к водным процедурам, с которых начинали, но уже с участием некоторых обитателей амазонских рек, если я правильно помню откуда эти зубастые малютки.
Он оперся бедром о все тот же стол, служащий не далеко не местом для трапезы, а далеко (и глубоко) как наоборот.
- Расскажи мне все о покушении на меня.

+1


Вы здесь » Underworld: The Chronicles » Флэшбеки » Подвал Резиденции веркотов